?

Log in

No account? Create an account
Сказание о горожанском обществе, и причинах его гибели
А ты перезвездился
pravdoiskanie

Однажды, после трудовой недели, в выходной день, собрались в избу поселяне, пили чай и не спеша вели между собою беседу. И пришла им на ум мысль: как бы благоустроить свой быт, и сделать его цивилизованным. Для начала они решили соразмерить свои желания со своими возможностями. Желания были такими: жить в высоких домах со всеми удобствами, иметь больше досуга, изучить грамоту, чтобы иметь возможность читать умные и полезные книжки, и нравственно совершенствоваться. Желая узнать о возможностях построения города счастья, города солнца, города луны, города всех звёзд, и города Вавилонских башен, в которых исполнились бы все их самые  заветные желания, и радужные мечты, они задали себе вопрос: что они умеют и любят делать? Один поселянин сказал: «я умею и люблю строить хорошие, и удобные для жизни дома», Второй поселянин сказал: «а я умею и люблю заниматься всяким полезным ремеслом, и ремонтировать машины». Третий поселянин сказал: «а я умею и люблю изобретать и конструировать всякие полезные в быту вещи». Четвёртый поселянин сказал: «а я знаю грамоту, и люблю детей, а потому хочу стать учителем в школе». Пятый сказал: «а я знаю разные полезные травы, умею лечить болезни, и хочу быть врачом». Подобным образом высказались и многие другие, желавшие построить город счастья. Но некоторые поселяне сказали: «а мы любим работать на земле, пасти скот, жить спокойно на природе, и дышать свежим воздухом».  Среди этих поселян жил и былинный герой всея Руси: Емеля – мудрец в своих глазах. Он тоже пришёл на собрание, покинув ненадолго свою тёплую печь. И спросили поселяне у него: «а ты что любишь, Емеля»? Емеля ответил: «а я люблю есть, на печи спать, и дубьём махать! И желаю всё такое потреблять, что вы хотите строить, и изобретать»! Подумали поселяне, и решили взять былинного печного героя -  мудреца с собою в город счастья, в качестве типа охранника с дубиной, а заодно и городского сумасшедшего.

Отправились поселяне в чисто поле, на возвышенное место, и начали  строить город счастья. Строили они, строили, и наконец, общими усилиями построили: высокие благоустроенные дома, отдельные квартиры со всеми удобствами. И стали бывшие поселяне горожанским цивилизованным обществом. Их детишки учились в школах, получили образование, и прочитали много полезных книжек. Однако к хорошей жизни горожанское общество быстро привыкло. Она им приелась, и показалась скучной. А их подросшие детишки, не знавшие сельской многотрудной жизни, стали читать не только полезные, но и зловредные книжки, чтобы заполнить гнездящуюся в их душах пустоту. Ведь горожанское сообщество хотело свой быт сделать лёгким, а свою жизнь – праздной. Забыли они о том, что праздность – мать порока Праздным людям нужны развлечения и забавы Открылись рестораны, дискотеки, кинотеатры, ночные клубы, фитнес клубы, и публичные дома. Обленившееся горожанское сообщество сочло ниже своего достоинства не только передвигаться пешком, но даже и ездить на общественном транспорте. Ведь каждый член этого сообщества мнил себя особой личностью, и его дутое, павлинье достоинство побуждало его, подобно Египетскому фараону, передвигаться на собственной железной колеснице, в несколько сот лошадиных сил. Железный конь жрал не сено, не овёс, а бензин, и моторное масло. Взамен на возможность индивидуального передвижения, он требовал для себя отдельный дом – гараж, обслуживающий персонал – автосервис, регуляторов движения – ГАИ, хорошие асфальтированные дороги. За это колесница – автомобиль отравлял окружающую среду, воздух, да ещё калечил и отправлял на тот свет ежегодно миллионы людей, угодивших под его колёса. Такова цена горожанских удобств. Но и это ещё далеко не всё. Ведь поддержание такого праздного образа жизни, честному человеку труда явно не хватит никаких средств. Ведь человеческие силы ограничены, а потому на удовлетворение чрезмерных потребностей и притязаний у трудящегося не хватит ни сил, ни средств. Чрезмерную роскошь, и неумеренность в потреблении благ, себе позволить может только вор, жулик, или грабитель! Однако эта проблема была решена горожанским сообществом. Была изобретена такая универсальная зелёная бумажка, подав которую, можно было получить множество всякого товара, над производством которого трудилось множество людей, не покладая рук, в поте лица. Бумажки печатало горожанское государство, а своя рука – владыка. Сколько им надо было, столько они и печатали! Люди труда не имели зелёных бумажек, а потому и жили скудно. Зато моровое цивилизованное сообщество имело много зелени, а потому и жило на широкую ногу. Однако надо было эти драгоценные бумажки, напоминающие собою волшебные палочки, где – то хранить, и даже тщательно охранять. Для охраны пригодился печной герой Емеля, который любил жрать, спать, и дубьём махать, а также его многочисленное потомство, о котором будет сказано позже. Также понадобилась многочисленная армия офисных сусликов и суслиц,: для правильного подсчёта имеющейся наличности, и для извлечения несуществующей прибыли из воздуха, путём бухгалтерских махинаций Всё паразитическое сословие имело немалые запросы, притязания, и потребности. Сусликам и суслицам был необходим маникюр, педикюр, парикмахер, массажист, личный тренер, психолог, отдельная квартира, машина, гараж, и соответствующая зарплата за то, что они ежедневно  в своих офисах выпивали много чая и кофе, для стимулирования их жульнических способностей. Кроме того, офисные суслики возжелали греть свои холёные тела за пределами всея православныя Руси, на дорогих курортах. Для жулья и ворья горожанское государство было любвеобильной матушкой. А вот для честных людей труда – хуже злой мачехи!.От честных людей сия матушка требовала рабского труда, за символические гроши, и сыновней преданности, постоянных жертв, да ещё и любви. Полюби её, и охраняй, и детей рожай, и в армию на дедовщину отдавай, и райскую жизнь для ворья и жулья созидай  Вскоре гаражанское общество стало походить на криминальное сообщество, которое путём эксплуатации рабского труда, и путём выкачивания богатств из недр земли, поддерживало свой паразитический, и праздный образ жизни, и дутого имиджа Сие горожанское сообщество вело себя так, как будто мир существовал только для них одних. Разумеется, всю эту свору паразитов вынуждены были обрабатывать люди труда, за нищенскую зарплату. А продовольственные продукты им за бесценок поставляли оставшиеся на селе бывшие родственники. Многочисленные посредники - перекупщики взвинчивали цены, и наживались за счёт чужого труда. Наряженные в привлекательную обёртку, эти продукты продавались за высокую цену через сеть супермаркетов. Казалось, всё было продумано до мелочей, и жизнь удалась. Ибо был построен город солнца и счастья, но для немногих. Для остальных это был город тьмы, мрака, и беспросветной нужды. Однако же откуда вдруг горожанское сообщество так скоро наплодило великое число экзотических паразитов, хищных зверюшек, сорняков и кровопийц? Ускорить процесс деградации, загнивания, распада, и гибели, помог былинный печной герой Емеля, а также найденная им жена, и порождённые ими детища

Однажды Емеля, после продолжительного сна, слез со своей широкой цивилизованной кровати, которая с успехом заменила ему древнюю печь. Приняв ванну, и выпив чашечку кофе, Емеля вдруг то - ли решил, то – ли почувствовал, и физически ощутил, что ему пора, наконец, жениться. Обо для женитьбы он созрел, и со всех сторон поспел. Но откуда взять жену такому былинному богатырю? Чтобы и жена была ему под стать, и любила бы дубьём махать, или хотя бы на метле летать! Где разыскать себе экзотическую героиню всея Руси, для продолжения с нею необычного хероического потомства, которое было бы исполнено особым духом, и жило бы не как прочие люди, но иначе,  идя своим, особенным путём, невесть за каким хреном?! Думал Емеля, думал, аж голова заболела, но так ни хрена и не придумал! И решил тогда Емеля маленько больную голову проветрить на свежем воздухе. И углубился Емеля в лес, и набрёл на избушку, стоящую на лисьих ножках. Не знал Емеля, кто в этой избушке живёт! А жила в этой избушке млада девица, которую звали то ли Ирина, а то ли – зверина. И была сия млада девица дщерью известной на всю святую Русь бабы – Яги. Эта древняя бабища, злая ведьмища, недавно не дуба дала, и не целлофанового мешка,  а осинового кола. И отправилась она кривым путём, каким жила, к чёрту на рога: то есть в ад, на вечные муки. Но незадолго перед своей злой кончиной, она успела передать свои колдовские знания, и ведьмовскую силу своей любимой дщери, младой девице Ирине – зверине. Сие посвящение в ведьмахи всея Руси, было совершено традиционным ведьмовским способом, путём  возложения на ея младую главу, покрытую густой шевелюрой, и увенчанную кобыльим хвостом, своей старческой, костлявой и когтистой, но без маникюра, длани. Так Ирина – зверина и стала преемницей бабы – Яги.  Говорят, что отцом Ирины - зверины был сам трёхглавый зелёный Змей – Горыныч. А теперь Ирина одиноко в этой избушке жила. И колдовала она, и ворожила, и всякие злые дела творила, и бесов призывала, и на людей порчу напускала. А бесы к ней по ночам приходили, и с нею тоже кое – что творили. И на ухо ей многие зловредные вещи нашептали, и вредить добрым людям научали. Ирина зверина следила за своей внешностью: Она красила губы, золою поводила веки, а когтям на руках и на ногах делала маникюр, и педикюр. Таким образом, лесная ведьма имела вполне цивилизованный вид. Одевалась млада девица в коротенькую, обтягивающую зад, юбчонку, и когда она нагибалась, всему лесу был виден её срам. Но поскольку от долгого общения с бесами она стыд и совесть потеряла, то это её не смущало. Подошёл Емеля к избушке, открыл дверь без стука, увидел младу девицу во всём её безобразии, которое показалось ему красотой, и влюбился в неё с первого взгляда. Ещё до прихода Емели, к младой ведьмахе  прилетали её друзья – бесы, из преисподней мракобесии. И сообщили они ей, что сегодня её посетит былинный печной герой всея Руси, который любит подолгу спать, всё чужое потреблять, ничего полезного людям взамен не давать, да ещё и дубьём махать. Поэтому девица заранее приготовилась, помолилась сатане, и напустила свои чары на Емелю, чтобы у него кругом голова пошла, и чтобы он в неё влюбился, а потом – женился. Ибо на святой Руси ей лучшего мужа, и отца своему колдовскому потомству не найти! Ведь от спанья на печи у Емели рожа была круглая и красная, а тело мясистое, и мускулистое. Речи у Емели были наглые, а поведение – хамское. Младые девицы – бесстыжие лица, таких очень любят. Они говорят: «за таким, как за каменной стеной, проживёшь, и никогда не пропадёшь!» Или ещё говорят: « Чем больше – тем лучше!» Или говорят: « Мышь копны не боится!» Вот основной набор их желаний, и девических мечтаний. Сгодилось бы для передачи: «Чего хочет женщина?» Именно героя типа Емели она и хочет полюбить, и от него себе звериное потомство народить! А тем более – ведьмаха! Она будет из Емели энергию и силы тащить, да ему исподтишка вредить, чтобы ему до пенсии не дожить!  А Емеля мудрец в своих глазах, с первого взгляда на все безобразия Ирины – зверины, сразу в неё влюбился, не раздумывая долго, с нею совокупился, а потом на ней взял, да женился! И стал Емеля со своей Ириной - звериной в горожанском    цивилизованном сообществе жить, поживать, да чужого добра наживать. От такой вот парочки и родились вовсе не бараны, и не ярочки. Ибо от их особого союза появились на свет странные ребята: то ли зверята; а то ли бесята. Озорные такие, и ленивые, до чужого добра похотливые. И стали они плодиться, множиться, взрослеть, звереть, и на жизнь своим особым взглядом смотреть. От избытка свободного времени потянуло их на развлечение.  Не хотят они ни учиться, ни жениться, ни поле пахать, ни урожай собирать. А хотят только то, что другие полезного сделали, потреблять! Хотят они есть, пить, спать, балдеть, да на солнышке в Канарах на чужие деньги спины греть. Хотят на курортах в Куршавелях развлекаться, и с продажными дщерями Ирины – зверины забавляться. Наглые, крутые ребята, звериной жизни героята! Не хотят установленные Богом законы жизни соблюдать, а хотят криминальные понятия всему миру навязать. Вместо культуры стали повсюду мелодии колдунов и шаманов громко звучать. А под эту какофонию, или поп-культуру, стали ведьмахины дщери, продажные шлюхи, девицы – бесстыжие лица, обнажёнными в плясках скакать. И себя всему миру по телевизору на позор выставлять. И людей на грех и срам соблазнять, и обольщать, чтобы потом вместе с собою в погибель, к чёрту в ад забирать. А продажные политики, журналисты, и кривозащитники, ядрёна мать, начали это сатанинское сборище за гражданское общество выдавать! И не стало честным людям труда никакого житья от такого бесноватого скопища жулья, и ворья. В какой кабинет ни приди, всюду бумажку покажи, и всякому офисному суслику, что ты человек, и имеешь права - докажи. И каждому чиновнику налоги в виде взятки заплати. А эти зверушки в магазин придут, и свеженапечатанную зелёную бумажку подадут. А им за это любых продуктов и напитков в багажники импортной кобылы до отказа накладут. А они только жрут, и пьют. Ни нищему, ни больному, корки хлеба не подадут. Только православному попу барашка в бумажке принесут. А те им за уворованную ими спонсорскую помощь православный орден на всю грудь дадут. Царство Небесное всем жуликам и ворам православные попы обещают, «со святыми упокой» умерших душегубов и убийц отпевают. А ещё живым – любые смертные грехи отпускают, и Иисуса Христа телом и кровью преступников, колдунов, ведьм, и церковных воров причащают, и от избытка своей продажной, фальшивой любви, всем спасение, и вечное блаженство в раю обещают. Любой офис, банк, театр, машину, и квартиру, за особую плату «освящают». И всех благословляют, и любое беззаконное дело за деньги оправдают. А всё их царство диавола сыны Емели с дубьём, пистолетами и автоматами охраняют. И отняты в этом царстве зверья у Бога, и у людей доброй воли, и честного труда, все права! Слова правды никому не скажи, а только – в защиту беззакония, насилия, и лжи. А если слово правды этому зверью сказал – сразу в еретики, сектанты, раскольники, оппортунисты, и враги воровского народа попал! Библия, Конституция, и совесть ведьмахиным потомкам не указ. Ибо есть у них свои православные предания, подзаконные акты, и кривотолкования  на всякий случай, и на всякий раз. Сему громожданскому сообществу наступит скорый и жестокий, как в кошмарной сказке, конец. А кто прочитал сие повествование с умным видом, и промолчал, по православному обычаю, или промычал, как спящий на печи херой, в своих глазах – большой молодец!